[an error occurred while processing this directive]

Внимание: человек в седле!

3. Дождь начинается.

Итак, после нескольких скаток наступил долгожданный момент похода. Транспортировать транспорт – по определению дело неблагодарное. Поэтому велосипеды постепенно превратились в беспомощную груду металла, обернутую в громадные чехлы, и были не без труда отправлены на третью полку плацкартного вагона. Радость проводницы выражалась не только в удивительной мимике, но и внезапно появившемся желании пригласить в вагон начальника поезда. И всего-то из-за семи, можно сказать аккуратно запакованных транспортных средств.

Через двенадцать часов нас встречал холодный Псков, негласным упреком увещевавший: Любите свой город! Увы, при всей любви к родному городу, поездить на велосипеде мы все же приехали в город чужой, но не менее гостеприимный. Было раннее утро рабочего дня, на удивительно чистых улицах мелькали редкие пешеходы. Не долго думая, мы расположились в центральном парке на приятно зеленой травке позавтракать, то ли от голода, то ли чтобы освободиться от последнего напоминания о родном городе.

Главная достопримечательность двухсоттысячного Пскова – древний Кремль. Главной достопримечательностью псковского Кремля оказались мы. К нам подходили с другого конца улицы и спрашивали, откуда мы и куда путь держим. Поначалу говорить правду было как-то неудобно, но, видя ровную реакцию окружающих, неловкость пропала. Из Москвы мы. Едем в Великие Луки. На велосипедах. Да, велосипеды дорогие. Нет, мы их не продаем.

Все побежали фотографироваться под мечом и щитом Кремля, а я осталась сторожить велосипеды. Рядом с ними пристроились две бабульки, просившие дать пару копеек ради праздника. Отсутствие копеек их нисколько не удручало. Они бойко обсуждали наши велосипеды и, заметив мои настороженные взгляды охранника, одна другой говорит: ну что, бабка, вскочили на лисапед и поехали? Другая огорченно сказала: «А я вот даже не умею. В детстве никогда не было лисапеда». По ее голосу чувстовалось, что это была единственная причина, по которой они не совершили задуманного.

А мы уже пересекали площадь, на которой было принято решение Вече о покорении Москве, и пошли в Свято-Троицкий собор. Поскольку одежда была не совсем соответствующая, многие остались снаружи. Возвратившись через некоторое время, посетители нам начали взахлеб пересказывать содержание экскурсии. Здесь есть Ольгиевский крест и икона, которая плакала... Остановить их поток восторга смог только серьезный вопрос нашего велосипедиста-приколиста: только что плакала?

А мы продолжали любоваться видом с крепостных стен на реку Великую, на которой и стоит добрый город Псков. Мы еще не раз будем ее проезжать, то такую же великую, как в Пскове, то превратившуюся почти в обычный Великий ручеек.

Любая крепость предназначена для обороны, и дабы мы представляли это более ярко, природа дала нам такую возможность. Внезапно стемнело, небо заволокло тучами, пошел пока еще мелкий дождь, а ветер разгонялся с новой силой, разбиваясь о стены серого Кремля. И подстегиваемое воображение рисовало полчища воинов, готовящихся к штурму уцелевших стен...