[an error occurred while processing this directive]

Есть ли жизнь на Марсе?

Зеленым монстрам посвящается...

1. Происки марсиан

Было раньше такое понятие – научный туризм. Ездили умные люди по конференциям, делали умные доклады, обсуждали умные проблемы, а заодно и мир смотрели, причем как правило бесплатно.

Мы недавно тоже совершили почти научную поездку, задавшись почти научным вопросом – есть ли жизнь на Марсе? А чего тут спорить? Съездить туда и посмотреть, - решили мы. И вот теперь с ответственностью заявляем: на Марсе жить можно и вполне комфортно. Забираться туда, правда, надо по горкам, но недаром же наши велосипеды называются «горные».

Марс, как известно, планета воинственная, а посему вторжений на свою территорию не очень терпит. Так что приключения начались у нас с самого начала.

Часть группы явилась на место встречи с пятиминутным опозданием, хотя и забрасывалась на вокзал в авто, нагруженное великами. Пять минут – ерунда, - подумали мы и, взяв билеты до Кубинки, храбро подошли к турникетам. Служебная тетенька инертно бросила взгляд на наши билеты и флегматично отошла в сторону. Мне до сих пор не верится, что где-то там в рукаве у нее не было скрытой камеры. Иначе как объяснить ее ледяное спокойствие, когда каждый из нас застрял со своим столитровым рюкзаком в злобном турникете под пронзительный вой сирен? Нервничали все: опаздывающие на электричку пассажиры, которые оказались отрезаны от перрона, велосипеды, которые оказались в железном плену, владельцы велосипедов, которые не понаслышке знают хрупкость своих железных друзей. И только работник белорусского вокзала, не иначе как родившаяся под вой сирен, безмятежно упивалась этим зрелищем, тактично отойдя в сторону. Благодаря мускулам наших мужчин рюкзаки и велосипеды были освобождены, и мы все-таки смогли углядеть хвост удаляющейся электрички на Кубинку.

Зато теперь у нашего навигатора было время сменить неожиданно спустившую камеру. Следующая электричка подошла на удивление быстро и так же быстро прибыла на станцию – мы даже не успели толком выспаться. Но марсовы происки продолжались. В нашем вагоне открывалась только одна створка двери, и рюкзакам опять досталось по полной программе. И говорить не стоит, что чтобы выйти в нужную сторону, нам пришлось перетащить свои груженые велосипеды по лестнице через пути.

Наконец-то мы почувствовали себя уверенно: уж теперь до Марса мы точно доберемся. Не проехав и пару километров, мы наткнулись на ремонтируемый (читай: раскуроченный) мост через речушку, который и можно было объехать только на велосипеде – водитель грузовика печально проводил нас завистливым взглядом и развернулся обратно. А мы радовались неожиданно наступившей свободе – ни одной машине сюда было не пробраться.

2. Синие Монстры

Надо сказать, с утра катилось тяжело, и чтобы не назначать замыкающего, молодые люди галантно пропустили меня вперед. Это был тонко рассчитанный ход, потому что чувство, что сзади едущие могут ехать намного быстрее, подгоняло меня не хуже плетки. Особенно когда разговор зашел о спортивных тренировках, на которых молодые люди бегут в полную силу, а девушки – в три раза большую дистанцию, но в три четверти своих сил.

- Я же сказал в три четверти, а не в одну восьмую, - раздавалось у меня сзади, когда становилось совсем тяжко. Но где-то на пятнадцатом километре ехать стало легко. По-велосипедному это называется «вкатиться». Так что на подъездах к Марсу я окончательно вкатилась. Мы радостно облепили дорожный указатель «Марс», жадно и недоуменно вдыхали воздух, фотографировались и все жаждали увидеть марсиан, но они с самолетным свистом проносились мимо нас в своих быстроходных железных скафандрах (машинах по-ихнему).

Надо сказать, что марсиане, хотя и всячески преграждали нам путь к месту своего обитания, оказались невероятно предупредительны и гостеприимны. Как раз когда нам захотелось перекусить, нашему взору открылось не просто живописное место недалеко от дороги, но и готовый кемпинг в украинских цветах – жовто-блокитный. Мы с удовольствием воспользовались плодами марсианско-украинской дружбы и покинули Марс. Подойдя к живописно разбросанным велосипедам на обочине, мы вдруг заметили, что у всех пятерых (у одного, правда, дома) были одинаковые синие рюкзаки, отличавшиеся исключительно по форме: у кого-то выпирала палатка, у кого-то коврик или ремнабор с разводным ключом. Как никогда раньше мы почувствовали себя единой группой, но просившееся название для такой банды слетело с наших уст только, когда проехавшись по дороге, заливаемой асфальтом, мы подряд снесли несколько дорожных знаков объезда – Синие Монстры. Монстры бывают Зеленые, спокойные, добрые и мягкие (бывают, бывают), а мы были Монстрами Синими, беспокойными, добродушными и быстрыми. Мои мысли вернулись с Марса на Землю, к рассылке, которую я открыла практически перед отъездом для обсуждения велосипедных маршрутов по Подмосковью. Так вот как она будет называться!

3. Из Марса в будущее

На этом псевдо-научная часть нашего пути закончилась, и, почувствовав себя победителями, мы покатили проникаться духом геройства. Лучшего места, чем Бородинское поле, для этой цели не найти. Лихо преодолев пугающую нас грунтовку, укатанное поле и лесную дорогу, по которой «Волге не проехать», мы опять очутились на асфальте. Особых приключений не было, и нам стало даже как-то неуютно. Но где-то в глубине души мы знали, что они еще впереди.

Мы остановились в Можайске, чтобы перекусить и быстро добраться до Бородино, где нас должен был покинуть один Монстр и где завтра должен был присоединиться другой. Перекус впрочем вылился марсианским эхом в повальную починку велосипедов, поэтому расстаться пришлось уже в Можайске.

Там же я старательно докрутила свой счетчик до 2000ного километра, что неутомимо засняла на пленку, и отметила бравым съезжанием с лестницы и вылетом из седла своего хардтейла (велосипед без амортизатора то есть; надо сказать, что хард (твердый) у него не только тейл (хвост), но и все остальное...).

Можайск запомнился мне двумя вещами – датой его основания – 1231 год и удивительной табличкой на центральной площади, которая являлась логичным продолжением путешествия на Марс: Обращение к комсомольцам 2018 года, - гласила она. Оставалось непонятым, с чем же именно обращались комсомольцы 1976 года к своим потомкам и даже как-то неуютно, что практически никто из нашей команды уже не был комсомольцем...А до заветной даты оставалось еще целых семнадцать лет.

Через некоторое время мы проехали радующую глаз табличку – 106 верст от Москвы и оказались на территории мемориала Бородинское поле. Первый памятник, памятник Кутузову, мы встретили живым интересом и даже ликованием. Возвышающаяся колонна, увенчанная символом победы, величественно напоминала о славном прошлом. Именно отсюда обозревал маршал бородинские дали и планировал сражения. Дальшейшие памятники, практически не отличающиеся друг от друга, смотрелись бы, наверное, привлекательно, если бы встречались хотя бы по штуке на километр. По сути, ни о какой привлекательности и речи не шло. Бородинское поле – это большое, величественное кладбище с мелькающими фамилиями генералов, названиями батарей и дат сражений. Река Воинка говорит сама за себя. Тут и там из травы выглядывают доты времен Великой Отечественной войны, прикрывающие дорогу, редуты, дзоты...

Тем временем, надо подумывать о ночлеге, и мы сворачиваем в сторону водохранилища. По дороге деревенский парень нам невероятно четко разъясняет, где лучше здесь стать на ночлег.

Ты, б..., лучше слушай б... меня. Здесь берег плохой, б... . Езжай вот этой дорогой б... и бери влево, а еще лучше на тот берег. Это я тебе говорю, б..., это совет, б...

Совершенно искренне поблагодарив его за живописно оформленный совет, мы проезжаем еще пару километров полем, и нам открывается удивительный вид на можайское водохранилище, на берегу которого мы и разбиваем лагерь. Счетчик показывает 98 километров. По-моему, день удался на славу.

4. Бородино – Берендино - Бредино

Наконец приходила приятная усталость. Можно было немного расслабиться и любоваться закатом. За прохладным пивом и специально запасенным кагором по случаю 2000го мы стали обсуждать планы на завтра. По плану у нас было 80 км до города Боровска и подъем ... в шесть утра. Только сейчас все осознали, что значит встать в шесть утра после бессоной ночи и 98 километров напряженной езды. Посыпались предложения подъем перенести. Все бы ничего, но в 9.40 на платформе Бородино нас должен был ждать еще один Монстр (который синий только по духу, но не рюкзаку).

Да ты позвони ему. Может, он не приедет. Или приедет на другой электричке.

Дома никто не брал трубку.

Мы потягивали кагор. В сваренные макароны я чуть не засыпала печенье вместо тушенки, но вовремя опомнилась. Время близилось к 12. В конце концов мы стали готовиться ко сну, передав Коле сообщение на пейджер с просьбой нам позвонить. Глубоко за 12 зазвонил мобильник. Две палатки напряженно слушали мой разговор.

Ну как, ты приедешь?

Ну отлично, мы тебя встретим.

Голос из второй палатки:

Нет, только не на первой электричке.

Слушай, мы тут достаточно далеко от платформы, короче, может ты приедешь не на первой электричке, - робко говорю я.

А, вам просто лень вставать рано, все понятно, - съязвил Коля.

Нет, мы, конечно, тебя встретим...

Нееет, не надо, он все равно проспит, - прикалывалась вторая палатка.

В общем, если я приеду, то с утра, - вынес приговор мой собеседник.

Хорошо, мы тебя ждем на платформе в 9.40, - весело сказала я.

Аааааа, надо срочно идти допивать кагор, - обреченно пробормотала вторая палатка.

Я проснулась в 5.30. Рано. 6.20. Проспали. 6.30. Надо вставать.

В начале десятого мы покончили с завтраком и упаковкой и тронулись в путь. Ехать было невероятно тяжело. Путь на станцию был проложен почти как на Марс. Как оказалось, мы опоздали всего лишь на пять минут. На платформе никого не было. На скамейке сидела одинокая тетенька.

Скажите, московская электричка проходила?

Да.

Давно?

Да только что.

А здесь парня с велосипедом не было?

С велосипедом? Нет. Сидел тут один, правда. Но без велосипеда.

А чай здесь можно где попить?

Чай? Нет, уже нет...

Уже? Сейчас же десять часов утра!

А кафе у нас работает с шести до двух ночи. Уже закрыто.

В Москве еще надо поискать такое заведение, а бородинцы выбором не мучаются...

Из развлечений до следующей электрички нам оставалось поесть и покататься, что мы с радостью и сделали. Чтобы подбодрить коллег, перед которыми я немного чувствовала себя виноватой (это я настояла на подъеме несмотря ни на что), я задумчиво сказала:

Зато у нас будет сегодня суп. Если он приедет, у нас обязательно будет суп.

Вы не поверите, но потухшие глаза зажглись.

Тем временем к нам приближался неровной походкой грустный молодой человек.

Ребята, у вас карты нет?

Есть.

А то я в этом Бередино заблудился.

Мы улыбнулись, какой забавный местный диалект.

Мы где?

Наш навигатор радостно ткнул пальцем в карту.

А Воскресенск где?

Э, Воскресенск совсем в другой стороне.

Так Бередино под Воскресенском должно быть.

Так разыгрывалась классическая сцена из «С легким паром!»

Это БОРОДИНО, а вам нужно Бередино?

Ну да, - сказал он, удивляясь нашей тупости.

Никакого Бередино на карте вовсе не оказалось.

А, может, БереНдино?

Ну да, Берендино, - понуро сказал он.

Со скамейки раздался полусонный голос:

Ребят, а может Коля ждет нас в Берендино?

Эта мысль развлекала нас вплоть до прибытия электрички. Когда из вагона показалось колесо, все посыпали на перрон. С криками: У НАС БУДЕТ СУП.

Приехавший немного смутился от такого странного приема, но когда выяснилось, что суп будет вовсе не из него, все стало на свои места.

Встреча состоялась. По этому поводу появился торт, а вслед за ним непонятно откуда взялось шампанское.

Ехать до Боровска было уже поздновато, поэтому оставшееся время мы накатывали круги вокруг бородинского поля, варили суп и спали. Честно говоря, нас это особо не расстроило. Проехать за два дня больше 160 - тяжкое испытание, особенно если не спать как полагается.

На меня нашла какая-то беспричинная злость. На Бородино, из которого особо никуда не поедешь. На себя, что не было сил ехать и я плелась в хвосте с минимально возможной скоростью. На суп, который был слишком горячий, на чай, который остыл, потому что мы проспали.

Еще раз повторю то, что уже говорила в самом начале своей велосипедной эпопеи: велосипед - отличное средство от плохого настроения и злости. Накатывая упрямые круги вокруг Спасо-бородинского монастыря, я стала замечать, что злость проходит. Чем круче горка, тем меньше злости остается. Надо сказать, что в Можайске не осталось ни злости, ни сил. И даже когда контролер попыталась нас отчитать за безбилетный проезд, это вызвало лишь здоровую реакцию организма. Особенно когда Коля рассказал историю про контролера по дороге в Бере...Бородино.

Коля - человек дисциплинированный, купил билет на себя и на велосипед. Велосипед удачно вписался в свободное место у входа в салон, а Коля разместился рядом на скамейке. Подходит утомленный жизнью контролер, не глядя разрывает два билета и задумчиво говорит: «А подруга где?»

Коля немного удивляется, но честно показывает на двухколесную «подругу».

И действительно - какая там живность? Подруга, друг, самый близкий человек - вот что такое настоящий велосипед!;

Бредино...