[an error occurred while processing this directive]

Авантуристы (Путешествие в Кыргызстан)

День 12. Прачечная.

Собственно, наше путешествие на этом заканчивается. Дальнейшая дорога до Рыбачьего не представляет никакого интереса, кроме как добраться до Рыбачьего. Движение интенсивное, хотя уже после Чолпон-Аты оно опять редеет, а водители наглеют все больше и больше. До сих пор помню водителя на разваливающемся "москвиче", который вез трубы, не то что выступающие за габариты машины, но просто волочащиеся по асфальту и занимающие всю ширину дороги. Для велосипедиста это, как вы понимаете, радость особая.

Чем дальше от Чолпон-Аты, тем милее становится побережье. 31,6км - мы подъезжаем к крошечному аэропорту и тут же съезжаем на пляж.

После ночного дождя Иссык-Куль помутнел и похолодел, но посидеть на берегу в зарослях облепихи и пожевать абрикосы - это самостоятельное удовольствие. По дороге у меня с руки слетают часы; я их спокойно нахожу на обратном пути. За все это время ни один человек по этой дороге не проходил!

Где-то на 60м километре въезжаем в Тору-Айгыр. Магазины здесь замечательные: пиво, водка и печенье - больше нет ничего.

62,7км, уже на выезде из Тору-Айгыр, у 19 километрового столбика, сворачиваем на турбазу Улан, где мы хотим отдохнуть перед дорогой обратно. Об этой турбазе мы узнали из интернет-отчетов. Теперь она представляет собой Детский Оздоровительный Центр, где охотно сдают домики туристам. Мое первое впечатление от турбазы - как же хочется вложить туда денег, чтобы не было пустынных зарослей с недостроенными (или разрушенными?) фундаментами, чтобы не было ржавых советских лозунгов, разбитых коттеджей и ржавых умывальников на улице. Я даже придумала "кейс" для студентов на эту тему.

По большому счету эта турбаза - собственно Кыргызстан в миниатюре. Я еще нигде не видела такого количества лозунгов, как здесь: лозунги советских времен (мир-труд-май и что-то там про коммунизм), лозунги перестроечные (ускорение) и лозунги современные (наш труд во благо Родине - особо хорошо смотрится в глухом горном селе, где все практически на натуральном хозяйстве). Определенный вклад вносят и одинаково уродливые революционные и военные памятники масштаба "Рабочий и колхозница", разбросанные посреди замечательной природы. Но местные относятся к этому так же спокойно, как, наверное, и во времена советской власти: памятники не демонтируются, революционные мемориальные комплексы просто порастают травой и молчаливо живут своей жизнью, а лозунги тихо ржавеют.

Администратор ДОЦа встречает нас очень мило:

- А я тут в коридор вышла, а то у нас что-то с канализацией случилось, в кабинете дышать просто невозможно. Это бывает.

Гмм.. ну в общем действительно все бывает.

- Если вы хотите с питанием, то надо сказать об этом сейчас. Если будете ужинать, надо срочно пойти предупредить столовую, если еще не поздно. Если завтракать, надо с вечера сказать.

Мы переглядываемся. Это совершенно невозможно, тем более после свободы Тянь-Шаня. От питания по расписанию мы отказываемся.

- У нас есть номера в корпусе, есть коттеджи за 100 сом, есть за 70. Но в корпусе, наверное, вам будет неудобно, а коттеджей за 100, по-моему, уже не осталось. А вот за 70... гм... они тоже заняты.

- Ну палатку можно будет где-нибудь поставить? - пытаюсь пошутить я.

- Палатку? У нас между прочим тут и палатки ставят, иностранцы, - с гордостью говорит администратор.

На самом деле она милейший человек, но, к сожалению, вся турбаза находится в полнейшем совке.

- А помыться тут можно? - осторожно выясняю я.

- Помыться? Ну вообще-то здесь есть душ, но у нас сейчас здесь смена, можно до вечера в очереди стоять. Но за 10 сом вы можете помыться в прачечной.

Пожалуй, это единственное увлекательное приключение на турбазе.

Наконец-то нам выделяют "пионерский" коттедж с тремя кроватями за 70 сом/чел. Все, к чему ни прикоснешься, норовит на тебя обрушиться, поэтому передвигаться надо очень осторожно. Стены сделаны из картона, неудивительно, что одна из них оказывается проломленной каким-то "пионером". А белье... Нет, даже по сравнению с бельем, выдаваемым в перестроечное время в нефирменных поездах, это хит. Оно в таких дырах, как будто пионеры играли в войнушку, закутавшись в простыни.

Мы обедаем в соседней юрте (магазинов поблизости нет) и идем до вечера болтаться на песчаном пляже - пожалуй, это лучшее, что есть на турбазе. Здесь уже хорошо просматривается противоположный берег.

Вечером нас ждет романтическое занятие - мыться в прачечной. Мы осторожно подходим к не менее советскому зданию, чем все остальное. Оттуда выходит семейство, закутанное в полотенца. Значит, мы такие не одни.

Мужчина проводит нас за деревянные ворота в закуток с автоматическими агрегатами и скороговоркой говорит:

- Здесь раздеваетесь, вон там ванна с горячей водой, а шланг с холодной.

И уходит.

Всласть нахохотавшись, мы пытаемся разобраться, как же здесь осуществляется помывка. В углу действительно стоит ванна с оголенным проводом, подключенным к розетке. Брр... просто камера пыток какая-то. Но вода в ванной оказывается холодной, а шланг уходит куда-то далеко.

Мы честно заглядываем в каждый бак, но все они пустые, а горячей водой даже не пахнет.

Признав собственное поражение, мы спрашиваем хозяина, где собственно вода. Оказалось, что в следующей комнате. Там жарко как в бане, совершенно темно и действительно стоит такая же ванна с проводом, но с кипятком, а на полу лежит шланг. Очень похоже на баню. Особенно когда после идешь до своего коттеджа...

продолжение